Я начал клевать носом прямо за тарелкой супа.

Выскользнула из руки и со звоном ударилась о край тарелки ложка. Несколько человек обернулось в мою сторону. Слегка кашлянула сидевшая рядом подруга. Чтобы как-то спасти положение, я раскрыл правую ладонь и сделал вид, будто рассматриваю ее то с одной, то с другой стороны. Еще не хватало опозориться, уснув за столом!

Секунд через пятнадцать я закончил свои наблюдения, глубоко вздохнул и вернулся к кукурузно-картофельному супу. Тупо ныл занемевший затылок. Так больно бывает, когда натягиваешь козырьком назад тесную бейсбольную кепку. Сантиметрах в тридцати над тарелкой неторопливо покачивалось белое газообразное тело в форме яйца и шептало мне на ухо: "Хватит тебе

маяться. Давай, засыпай!" ...Причем, повторяло это уже не в первый

раз.

Газообразное тело периодически тускнело и опять становилось четко различимым. И чем дольше я пытался подметить мельчайшие изменения его контура, тем тяжелее становились веки. Разумеется, я несколько раз тряс головой, крепко зажмуривался, а затем внезапно раскрывал глаза, пытаясь прогнать это тело. Но оно не пропадало, продолжая все также парить над столом. Боже, как хочется спать!

Тогда, поднося ко рту очередную ложку, я попробовал мысленно произнести по буквам словосочетание "кукурузно-картофельный суп".

corn portage soup

Нет, слишком просто - никакого эффекта.

- Скажи какое-нибудь длинное слово, - обратился я к подруге. Она преподает в средней школе английский.

- Миссисиппи, - ответила она тихо, чтобы никто не услышал.

"MISSISSIPPI", - разложил я в уме. Странное слово! По четыре

буквы "S" и "I", две - "P".

- А еще?!

- Ешь молча, - возмутилась она.

- Я спать хочу.

- Вижу. Только прошу тебя - не засни. Люди смотрят.

Нечего было идти на эту свадьбу. Как вам нравится: мужчина за столом подружек невесты? К тому же, она мне совсем не подружка. Нужно было однозначно отказаться, - лежал бы сейчас в своей постели и видел уже седьмой сон.

- Йоркшир терьер, - внезапно сказала она. Но я не сразу понял, к чему это?...

- Y-O-R-K-S-H-I-R-E T-E-R-R-I-E-R, - произнес я на этот раз вслух. Сколько себя помню, всегда хорошо сдавал тесты на спеллинг.

- Вот так, прекрасно. Потерпи еще час. Через час я сама тебя уложу.

Покончив с супом, я три раза подряд зевнул. Несколько десятков официантов, толпясь, убирали суповые тарелки, подавая вместо них салат и хлеб. Хлеб, как казалось, прошел неблизкий путь, прежде чем оказаться на столе.

Не унимались бесконечные речи, которые, на самом деле, никто не слушал. И темы такие: о жизни, о погоде... Я опять начал засыпать, и тут же получил по щиколотке носком ее туфли.

- Извини, но мне впервые в жизни так сильно хочется спать.

- А что ты делал ночью?

- Размышлял... от бессонницы... о разных вещах.

- Ну, тогда поразмышляй и сейчас. Только не засыпай! Ведь, свадьба моей подруги.

- Но не моей, - возразил я.

Она вернула на тарелку хлеб и молча уставилась на меня. Я смирился и принялся за гратин из устриц, напоминавших по вкусу доисторических животных. Поедая устриц, я превратился в великолепного птеродактиля, в мгновенье ока перемахнул через первобытный лес и окинул пронзительным взором пустынную поверхность земли.

Там, по виду средних лет учительница фортепьяно делилась своими воспоминаниями о детских годах невесты: "Она была самой настоящей

"почемучкой" и заваливала вопросами, пока не надоест. В

остальном же ничем не отличалась от своих сверстников". А в конце как

никто другой душевно сыграла на пианино. "Хм-м", - подумал я.

- Ты, наверное, думаешь, что эта женщина - скучная? - спросила она. - На самом деле - прекрасный человек!

- Хм-м.

Остановив занесенную ко рту ложку, она впилась взглядом в мое лицо.

- Правда-правда! Может, ты не поверишь...

- Верю, - ответил я. - Вот высплюсь, проснусь - тогда смогу верить еще сильней.

- Она и в правду чуточку банальна, но банальность - не такой уж и порок.

- Точно - не порок, - кивнул я головой.

- Не думаешь, это лучше, чем, как ты, искоса смотреть на мир?

- Ничего и не искоса! - запротестовал я. - Просто меня полусонного потащили для ровного числа на свадьбу совсем незнакомой девчонки. Только потому, что она, якобы, подруга моей подруги. Я вообще ненавижу свадьбы. Сидят сто человек и едят паршивые устрицы!..

Она, не проронив ни слова, аккуратно опустила ложку в тарелку и вытерла рот краем белой салфетки. Кто-то запел. Несколько раз сверкнула вспышка.

- А тут еще эта дрема, - добавил я. Ощущение, будто меня бросили одного в незнакомом городе и без чемодана. Я сидел, скрестив руки, когда принесли стэйк, над которым, как и следовало ожидать, распласталось газообразное тело. "Представь, что здесь белая простыня", - заговорило оно. -

"Шикарная белая простыня - только из стирки. Ну как? Ныряй в нее!

Сначала покажется зябко, но это сразу пройдет. Там пахнет солнцем!"

...Ее маленькая ручка коснулась моей кисти. Едва заметно запахло духами. Тонкие прямые волосы скользнули по моей щеке... Я открыл глаза, как будто от толчка.

- Уже скоро конец. Потерпи. Прошу тебя! - сказала мне на ухо подруга. Белое шелковое платье отчетливо выделяло форму ее груди.

Я взял в руки нож и вилку и медленно порезал мясо Т-образными линиями. За столами веселились гости. К их громким беседам подмешивалось клацанье вилок о тарелки. Стоял шум прямо как в метро в час пик.

- Если честно, я засыпаю на всех без разбора свадьбах, - признался я. - Причем всегда. Будто так нужно.

- Да ну!

- Я не вру. Ну, правда. Не знаю почему, но еще не было ни одной свадьбы, где я бы не заснул.

Она, отчаявшись, хлебнула из бокала вино и закусила жареным картофелем. - Может, комплекс какой?

- Даже не знаю.

- Точно - комплекс!

- А еще я постоянно вижу во сне, как хожу с белым медведем по битым оконным стеклам, - пошутил я. - Но на самом деле виноват пингвин. Это он насильно кормит нас с медведем конскими бобами. Такими большими зелеными конскими бобами...

- Замолчи, - как отрезала она, и я замолчал.

- Но засыпаю я на свадьбах на самом деле. Один раз опрокинул бутылку пива, другой раз трижды ронял на пол вилки и ножи.

- Беда мне с тобой, - сказала она, аккуратно отрезая от мяса жир. - Но ты же сам хочешь жениться?!

- Поэтому и засыпаю на свадьбах других людей.

- Это - месть!

- Хочешь сказать, мне воздается за скрытое упование?

- Ага!

- Тогда как быть с теми, кто постоянно засыпает в метро? Упование шахтерами?

Она не обратила внимание на эту фразу. Мне вскоре надоело возиться со стэйком. Я достал из кармана сигарету и закурил.

- Одним словом...

- Ты хочешь навсегда остаться ребенком! - перебила она.

Мы молча съели смородиновый щербет и принялись за горячий "эспрессо".

- Все еще хочешь спать?

- Немного.

- Будешь мой кофе?

- Давай.

Я выпил вторую чашку кофе, выкурил вторую сигарету и в тридцать шестой раз зевнул. А когда поднял голову, газообразное тело уже куда-то улетучилось.

Вот так всегда!

Как только исчезает газ, по столам начинают разносить коробки с пирожными. И сонливость как рукой снимает.

Комплекс?

- Поехали куда-нибудь искупаемся, - предложил я.

- Прямо сейчас?

- А что, солнце еще высоко.

- Это - ладно. Как быть с купальником?

- Купим в гостиничном бутике.

С коробками пирожных в руках мы прошли по коридору гостиницы до бутика. Воскресенье. Вторая половина дня. В холле царила неимоверная сутолока свадебных гостей и родственников.

- Кстати, в слове "Миссисиппи" действительно четыре буквы

"S"?

- Спроси что полегче, - послышалось мне в ответ. От нее приятно пахло духами.

1981 г.

Перевод с японского: Андрей Замилов
   Источник: Лепестки Сакуры
   URL: http://www.halyava.ru/petals/lit_indxhm.htm